В настоящем Собрании сочинений представлены все художественные произведения Михаила Булгакова, созданные им на протяжении 20 лет литературной работы (романы, повести, рассказы, драматические произведения, фельетоны и очерки), а также эпистолярное наследие писателя. Третий том составили повести, рас
Том 3. Собачье сердце. Повести, рассказы, фельетоны, очерки. Март 1925 — 1927
- Book ID
- 127124026
- Publisher
- Голос
- Year
- 1995
- Tongue
- Russian
- Weight
- 640 KB
- Category
- Standards
- City
- Москва
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
В настоящем Собрании сочинений представлены все художественные произведения Михаила Булгакова, созданные им на протяжении 20 лет литературной работы (романы, повести, рассказы, драматические произведения, фельетоны и очерки), а также эпистолярное наследие писателя.
Третий том составили повести, рассказы, фельетоны и очерки, написанные автором в период 1925 (март) — 1927 гг.
В версии 3.0 тома неаутентичные редакции произведений заменены подлинными, добавлены отсутствовавшие в версии 2.0 тексты.
✦ Subjects
Советская проза
📜 SIMILAR VOLUMES
В настоящем Собрании сочинений представлены все художественные произведения Михаила Булгакова, созданные им на протяжении 20 лет литературной работы (романы, повести, рассказы, драматические произведения, фельетоны и очерки), а также эпистолярное наследие писателя. В третий том Собрания сочинений
В настоящем Собрании сочинений представлены все художественные произведения Михаила Булгакова, созданные им на протяжении 20 лет литературной работы (романы, повести, рассказы, драматические произведения, фельетоны и очерки), а также эпистолярное наследие писателя. В третий том Собрания сочинений
Теория энергетического применения термоэлектрических явлений, созданная в результате известных работ академика А. Ф. Иоффе и его сотрудников [8—10], открыла широкие возможности для использования полупроводниковых термоэлектрических охлаждающих и нагревательных устройств. За последнее десятилетие эта
Они стояли на пороге своей маленькой вечности и смотрели в ту огромную вечность, которую нельзя ни подчинить, ни присвоить, которая, как свободная стихия, любит отважных пловцов, уходящих в ее глубину, не цепляясь за часы и минуты. Мы привыкли к часам, и минутам, и к месяцам, и к годам, но мы должны