Его честное имя оболгано и утоплено в грязи. Его Дело - оклеветано и растоптано врагами народа. Место захоронения его тела неизвестно. Но даже мертвый Берия смертельно опасен для "либеральных" иуд, "пятой колонны" и ненавистников России. Даже из могилы несгибаемый большевик и "лучший менеджер XX век
Средневековый мир воображаемого
- Book ID
- 125970873
- Publisher
- Издательская группа ''Прогресс''
- Year
- 2001
- Tongue
- Russian
- Weight
- 4 MB
- Category
- Standards
- City
- М
- ISBN-13
- 9785010046736
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
Об истории средневековья через источники, созданные человеческим воображением.
Жак Ле Гофф является одним из ведущих французских историков-медиевистов. Известность ему принесла концепция так называемого ?долгого средневековья?. Однако эта концепция вовсе не предполагает какого-либо пересмотра традиционной хронологии, как некоторые печально известные псевдоисторические теории. Ле Гофф полагает, что существующие рамки деления истории на эпохи являются весьма искусственными и не отражают реальных качественных перемен, свойственных наступлению действительно новой эпохи. Ле Гофф предложил ввести понятие ?долгого средневековья?, базовые структуры которого развиваются с III до середины XIX века, то есть до того момента, когда промышленная революция, доминирующее положение Европы в мире, реальное развитие и распространение демократии породили действительно новый мир.
Предлагаемая книга посвящена миру воображаемого и его роли в истории. Мир воображаемого присутствует во всех обществах, во все эпохи, но особо значительную роль он играл в жизни людей средневекового Запада. Невидимая реальность была для них гораздо более достоверной и осязаемой, нежели та, которую они воспринимали с помощью органов чувств. ?Долгое средневековье? предстаёт перед нами многоликим и противоречивым миром чудесного. Книга даёт представление как в ту пору люди представляли себе время и пространство, как им мыслился мир земной и мир загробный, каковы были представления о теле и почему их ограничивали жесткими рамками идеологии, в каких символических системах и литературных метафорах осмыслялись мир и общество.
История воображаемого имеет собственные, особые исторические источники, порожденные человеческим воображением: это произведения литературы и искусства. Можно ли постичь мир воображаемого научными методами, не дав ему ни исказиться, ни заплутаться в лабиринтах иррационального, ни попасть под влияние капризной моды? Как отделить воображаемое от символического и идеологического, как четко определить занимаемую им нишу и каким инструментарием располагает историк для его изучения? Ответы на эти вопросы и пытается дать Жак Ле Гофф в своей книге ?Средневековый мир воображаемого? (1985).
Рекомендуемая литература:
Жак Ле Гофф. Цивилизация средневекового Запада
Марк Блок. Короли-чудотворцы
✦ Subjects
Ле Гофф Ж. Сочинения
📜 SIMILAR VOLUMES
Его честное имя оболгано и утоплено в грязи. Его Дело - оклеветано и растоптано врагами народа. Место захоронения его тела неизвестно. Но даже мертвый Берия смертельно опасен для "либеральных" иуд, "пятой колонны" и ненавистников России. Даже из могилы несгибаемый большевик и "лучший менеджер XX век
«Современная история» («Histoire Contemporaine») — это историческая хроника с философским освещением событий. Как историк современности, Франс обнаруживает проницательность и беспристрастие учёного изыскателя наряду с тонкой иронией скептика, знающего цену человеческим чувствам и начинаниям. Вымышл
Что происходит, когда объект падает в черную дыру? Исчезает ли он бесследно? Около тридцати лет назад один из ведущих исследователей феномена черных дыр, ныне знаменитый британский физик Стивен Хокинг заявил, что именно так и происходит. Но оказывается, такой ответ ставит под угрозу все, что мы зн
Что происходит, когда объект падает в черную дыру? Исчезает ли он бесследно? Около тридцати лет назад один из ведущих исследователей феномена черных дыр, ныне знаменитый британский физик Стивен Хокинг заявил, что именно так и происходит. Но оказывается, такой ответ ставит под угрозу все, что мы знае