No coin nor oath required. For personal study only.
Анатолия Кима трудно цитировать. Трудно хотя бы потому, что он сам провоцирует на определенные цитаты, концентрируя в них концепцию мира. Трудно уйти от этих ловушек. А представленная отдельными цитатами, его проза иной раз может произвести впечатление ложной многозначительности, перенасыщенности патетикой.
Патетический тон его повествования крепко связан с условностью действия, с яростным и радостным восприятием человеческого бытия как вечно живого мифа. Сотворенный им собственный неповторимый мир уже не может существовать вне высокого пафоса слов.
Потому что его проза — призыв к единству людей, связанных вместе самим существованием человечества. Преемственность человеческих чувств, преемственность любви и добра, радость земной жизни, переходящая от матери к сыну, от сына к его детям, в будущее — вот основа оптимизма писателя Анатолия Кима. Герои его проходят дорогой потерь, испытывают неустроенность и одиночество, прежде чем понять необходимость Звездного братства людей. Только став творческой личностью, познаешь чувство ответственности перед настоящим и будущим. И писатель буквально требует от всех людей пробуждения в них творческого начала. Оно присутствует в каждом из нас. Поверив в это, начинаешь постигать подлинную ценность человеческой жизни.
В издание вошли избранные произведения писателя.
Советская проза
📜 SIMILAR VOLUMES
Лабораторный практикум для направления 522000 "Коммерция" (специализация в области рынка цветных и драгоценных металлов).
В сборник "Писатели Скандинавии о литературе" включены статьи, эссе и манифесты крупнейших скандинавских писателей XIX-XX веков А. Эленшлегера, X. К. Андерсена, Г. Банга, Б. Бьёрнсона, Г. Ибсена, К. Гамсуна, Ю. Боргена, X. Лакснесса, П. Лагерквиста, А. Лундквиста, Л. Юлленстена и других о проблемах
Из книги: Не знаю, как обстояло дело в 30-х предвоенных годах, но после войны, по крайней мере начиная с 1946 голодного года, антисталинские настроения были широко разлиты в народе. Они, насколько я помню, на бытовом уровне без особой даже опаски, хотя и сдержанно, высказывались в бесконечных очеред