В основе сатирических новелл виртуозных мастеров слова Ильи Ильфа и Евгения Петрова «1001 день, или Новая Шахерезада» лежат подлинные события 1920-х годов, ужасающие абсурдом общественных отношений, засильем бюрократии, неустроенностью быта. В эту книгу вошли также остроумные и блистательные повес
Праздник Святого Йоргена
- Book ID
- 126025860
- Publisher
- Государственное Издательство Художественной Литературы
- Year
- 1963
- Tongue
- Russian
- Weight
- 41 KB
- Category
- Standards
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
Повесть, написанная в 1918 году и получившая широкую известность, была включена в индекс книг, запрещенных папой римским, что прибавило ей популярности. И хотя действие ее происходит в средние века, сюжет перекликается с современностью.
✦ Subjects
Юмористическая проза
📜 SIMILAR VOLUMES
В основе сатирических новелл виртуозных мастеров слова Ильи Ильфа и Евгения Петрова «1001 день, или Новая Шахерезада» лежат подлинные события 1920-х годов, ужасающие абсурдом общественных отношений, засильем бюрократии, неустроенностью быта. В эту книгу вошли также остроумные и блистательные повест
Повесть, написанная в 1918 году и получившая широкую известность, была включена в индекс книг, запрещённых папой римским, что прибавило ей популярности. И хотя действие её происходит в средние века, сюжет перекликается с современностью.
Повесть, написанная в 1918 году и получившая широкую известность, была включена в индекс книг, запрещённых папой римским, что прибавило ей популярности. И хотя действие её происходит в средние века, сюжет перекликается с современностью.</p>
Повесть, написанная в 1918 году и получившая широкую известность, была включена в индекс книг, запрещённых папой римским, что прибавило ей популярности. И хотя действие её происходит в средние века, сюжет перекликается с современностью.
«...Пишу нечто «прощальное», некий роман-хронику сорока лет русской жизни», - писал М.Горький, работая над «Жизнью Клима Самгина», которую поначалу назвал «Историей пустой жизни». Этот роман открыл читателю нового Горького с иной писательской манерой; удивил масштабом охвата политических и социальны