Люди постепенно начинают принимать цигун в качестве уникального способа поддержания здоровья, избавления от болезней и достижения долголетия. Когда человек страдает от болезни, и ему не помогают ни акупунктура, ни традиционная медицина, цигун становится его последней надеждой. Данная книга, «Универс
Палестина в петле сионизма: Преступники. Жертвы. Свидетели. Судьи
- Book ID
- 127068504
- Publisher
- Юридическая литература
- Year
- 1988
- Tongue
- Russian
- Weight
- 993 KB
- Category
- Standards
- City
- Москва
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
Книга разоблачает соучастие международного сионизма, США и государства Израиль в преступлениях против арабского народа Палестины. Содержит свидетельства и документы, заключения международных комиссий, фотодокументы о чудовищных злодеяниях израильской военщины, совершенных оружием с клеймом "Сделано в США".
В книге отражены героическая борьба палестинцев и солидарность с ними советских людей. Приводятся материалы ООН, осуждающие Израиль и подтверждающие законные права арабского народа Палестины.
Для широкого круга читателей.
Странички
[IMG=http://img706.imageshack.us/img706/7760/72269837.th.jpg][/IMG]
[IMG=http://img251.imageshack.us/img251/6154/68728520.th.jpg][/IMG]
✦ Subjects
Национализм
📜 SIMILAR VOLUMES
В 14-й том серии «Неизвестный Жюль Верн» включены два романа знаменитого писателя. Роман «Малыш» — написанная в духе Диккенса история об ирландском малыше с очень нелегкой судьбой: приют беспризорников; приемная мать-актриса, бросившая его после неудачной пьесы; приемные родители, чей дом разрушили
Настоящая книга является первой на русском языке попыткой собрать воедино некоторые характерные образцы того жанра, который зародился в Испании в середине XVI века и который вскоре распространился с таким беспримерным успехом по всей Западной Европе и перешагнул далеко за океан, в страны Латинской А
«...Пишу нечто «прощальное», некий роман-хронику сорока лет русской жизни», - писал М.Горький, работая над «Жизнью Клима Самгина», которую поначалу назвал «Историей пустой жизни». Этот роман открыл читателю нового Горького с иной писательской манерой; удивил масштабом охвата политических и социальны