✍ Scribed by Виктор Павлович Точинов
No coin nor oath required. For personal study only.
Идет война, жестокая и беспощадная, – правых и виноватых в ней нет.
Военные, прожившие двадцать лет на подземном объекте, бьются за то, чтобы возродить хоть какое-то подобие прежнего мира, рухнувшего в Катастрофе. Их противники, выживавшие на поверхности и изуродованные мутациями, бьются за свое право жить как жили: их уклад и обычаи кажутся дикими и кровавыми, но именно они помогли спастись, уцелеть в постъядерном хаосе. И неизвестно, можно ли было уцелеть иначе.
Однажды военные захватывают и доставляют на базу молодую девушку, на первый взгляд совершенно обыкновенную. Но в этом мире у всех есть свои секреты, и она не совсем та, кем кажется…
📜 SIMILAR VOLUMES
Идет война, жестокая и беспощадная, – правых и виноватых в ней нет. Военные, прожившие двадцать лет на подземном объекте, бьются за то, чтобы возродить хоть какое-то подобие прежнего мира, рухнувшего в Катастрофе. Их противники, выживавшие на поверхности и изуродованные мутациями, бьются за свое пра
Зима 2033 года. Постъядерный Петербург погрузился в хаос войны… В непролазных кущах Ботанического сада, укрытая от посторонних взглядов набирает силы ещё одна опасность нового мира. Симбиоз больного разума талантливого учёного и мутировавшего растения явил на свет аномалию гораздо страшнее, чем зве
Зима 2033 года. Постъядерный Петербург погрузился в хаос войны… В непролазных кущах Ботанического сада, укрытая от посторонних взглядов набирает силы ещё одна опасность нового мира. Симбиоз больного разума талантливого учёного и мутировавшего растения явил на свет аномалию гораздо страшнее, чем зве
Что делать, если судьба, допустившая Катастрофу, играет еще более злую шутку: полностью погребает под тоннами породы самую большую ветку Киевского метро, оставляя неповрежденными две другие? Что, если призраки «красной» ветки напоминают о себе в каждой тайне и загадке всех последующих лет? Немыслимо
Что делать, если судьба, допустившая Катастрофу, играет еще более злую шутку: полностью погребает под тоннами породы самую большую ветку Киевского метро, оставляя неповрежденными две другие? Что, если призраки «красной» ветки напоминают о себе в каждой тайне и загадке всех последующих лет? Немыслимо