No coin nor oath required. For personal study only.
"Июнь 1943-го. На Большом Каменном мосту 14-летний Володя Шахурин, сын наркома авиапрома, стреляет в одноклассницу по «правительственной» 175-й школе Нину Уманскую, дочь посла СССР в Мексике. Затем в себя.
Сталин, узнав, бросает: «Волчата». Шепчут: Нину и Володю застрелил третий одноклассник — с невыносимо звонкой для 1940-х фамилией. Арестованы восемь подростков: высоколобый Володя Шахурин вроде бы был лидером группы «Четвертая империя» (дети из 175-й школы восхищались Третьим рейхом).
Внешняя политика Сталина, «ближние дачи», дом наркома М.М. Литвинова и кланы «старых большевиков» — фон «дела волчат». И все же «Каменный мост» — не роман о «сталинской Москве». Его сюжет: люди 1990-х ищут правду об июньских выстрелах 1943-го. И именно этот слой ключевой для книги.
«Я представляю интересы мертвых», — бросает главный герой. «Расследование» идет по ложному вроде бы пути: годы ушли на поиск сведений о femme fatale 1940-х (и ее семьи, и ее внучки, погибшей в 1970-х) — но эта семья непричастна к «делу волчат». Зато читатель находит для себя другую истину: из тьмы, из недомолвок, из лености и нелюбопытства, из сожженных бумаг и не написанных из осторожности писем можно вывести на свет любое лицо. Ни случайных людей, ни лишних людей не бывает.
Главная тема «Каменного моста» именно метафизика воскрешения. А вторая — «предварительные итоги» бытия СССР.
…Рассказчика-«расследователя» спрашивают: «На кого работаешь?» Он цедит: «На Кремль». Что для него Кремль — сказано в книге:
«С детства я знал: никаких воздаяний — ветер, ветер мял речную воду — я смотрел на Кремль и чувствовал его равнодушие и занятость большим, чем земные дела, и его недобрую памятливость — все должны и всегда… <…>
Я никогда не чувствовал страха, я даже забывал смертный страх, когда видел Кремль и слышал Спасскую башню — я никогда не один, за меня отомстят; пусть Кремль не может пока признать всех своих своими — так надо, но то, что останется от нас, обязательно найдут и перезахоронят под залпы, поплывут ордена на красных подушечных кочках <…> есть место, где про нас знают все, запомнят и вернут, а мы — здесь — отстоим до конца…»
Но, похоже «место, где нас запомнят и вернут», — не Кремль. А труды этой, непонятно чьей, спецгруппы. Поиск (или текст о нем) есть единственный каменный мост меж мертвыми и живыми. Над Летой, притоком Москвы-реки.
Роман мрачен, как циклопическая серая арка Дома на набережной. Титанический размах «красной империи» несоразмерен человеку. Но и Москва 1990-х с субботней распродажей обломков империи в Измайлове, с угрюмым «народным гламуром» саун, с сурово и печально написанным парадом потомства титанов 1930 — 1940-х, с «хором Ленинградского шоссе, кунцевских квартир, Кутузовского проспекта, Тверской, Лубянки», с обысками в офисах и «романтикой» катеров на грязной Москве-реке — место нечеловечье. Однако — данное нам в наследство. Другой почвы под ногами нет."
Елена Дьякова
Писатель Александр Терехов — о новом романе, оловянной пехоте и великом молчании Страны Советов:http://www.novayagazeta.ru/data/2009/045/30.html
Коллекция рецензий :http://prochtenie.ru/index.php/articles/2903
Исторический детектив
📜 SIMILAR VOLUMES
Легенда гласит, что на каждого, кто будет владеть маленькой серебряной табакеркой с выгравированными на крышке буквами «M» и «R», падет проклятье. Когда-то ею владел известный французский революционер Максимилиан Робеспьер. Но гравировка на крышке – не просто инициалы бунтаря-якобинца...Скромному ад
Конан-киммериец рожден фантазией Роберта Ирвина Говарда. Из историй о подвигах Конана сложился героический эпос. В данном издании впервые под одной обложкой собраны все рассказы и повести Р. Говарда о Конане, не изданные при жизни писателя, а также истории, начатые Р. Говардом, но законченные други