Кадиш по-еврейски - это поминальная молитва. «Кадиш &» Кертеса - отчаянный монолог человека, потерявшего веру в людей, в Бога, в будущее & Рожать детей после всего этого - просто нелепо. «Нет!» - горько восклицает герой повести, узнав, что его жена мечтает о ребенке. Это короткое «Нет!» - самое стра
Кадиш по нерожденному ребенку
- Book ID
- 126457122
- Publisher
- Текст
- Year
- 2003
- Tongue
- Russian
- Weight
- 3 MB
- Category
- Standards
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
Кадиш по-еврейски — это поминальная молитва. «Кадиш…» Кертеса — отчаянный монолог человека, потерявшего веру в людей, в Бога, в будущее… Рожать детей после всего этого — просто нелепо. «Нет!» — горько восклицает герой повести, узнав, что его жена мечтает о ребенке. Это короткое «Нет!» — самое страшное, что может сказать любимой женщине мужчина. Ведь если человек отказывается от одного из основных предназначений — продолжения рода, это означает, что впереди — конец цивилизации, конец культуры, обрыв, черная тьма.
Многие писатели пытались и еще будут пытаться подвести итоги XX века с его трагизмом и взлетами человеческого духа, итоги века, показавшего людям, что такое Холокост. И так, как это сделал Имре Кертес, не смог, кажется, сделать пока никто. И недаром ему была присуждена Нобелевская премия.
✦ Subjects
Современная проза
📜 SIMILAR VOLUMES
Рассматривается компьютерное моделирование процессов деформирования, поврежденности и континуального разрушения нелинейных материалов и конструкций. Основное внимание уделяется механике твердого деформируемого тела. Это связано с научными интересами автора и тем обстоятельством, что на русском языке
Комплекс упражнений при повреждениях позвоночника. Упражнения в бассейне
«Меня не покидает странное предчувствие. Кончиками нервов, кожей и еще чем-то неведомым я ощущаю приближение новой жизни. И даже не новой, а просто жизни - потому что все, что случилось до мгновений, когда я пишу эти строки, было иллюзией, миражом, этюдом, написанным невидимыми красками. А жизнь нас
«Меня не покидает странное предчувствие. Кончиками нервов, кожей и еще чем-то неведомым я ощущаю приближение новой жизни. И даже не новой, а просто жизни — потому что все, что случилось до мгновений, когда я пишу эти строки, было иллюзией, миражом, этюдом, написанным невидимыми красками. А жизнь нас