На береговой круче реки Гудзон стоит прекрасный замок Драгонвик, то есть Гнездо Дракона. У этого роскошного, но мрачного места издавна дурная слава, что вскоре находит свое подтверждение — когда здесь появляется золотоволосая красавица Миранда, то внезапно умирает жена хозяина замка. Ну а далее есть
Гнездо дракона
- Book ID
- 125948634
- Publisher
- Покровка
- Year
- 1996
- Tongue
- Russian
- Weight
- 88 KB
- Category
- Standards
- ISBN-13
- 9785892590051
No coin nor oath required. For personal study only.
✦ Synopsis
На береговой круче реки Гудзон стоит прекрасный замок Драгонвик, то есть Гнездо Дракона. У этого роскошного, но мрачного места издавна дурная слава, что вскоре находит свое подтверждение — когда здесь появляется золотоволосая красавица Миранда, то внезапно умирает жена хозяина замка. Ну а далее есть все, чтобы читатель не скучал — и любовь, и тайна, и криминальная история.
✦ Subjects
Остросюжетные любовные романы
📜 SIMILAR VOLUMES
Как можно за одну минуту из уважаемой замужней женщины превратиться в особу, разрушившую чужую семью? Муж Патрисии Бенционни, человек, которому она безоговорочно доверяла, оказался негодяем и подлецом. Ее налаженная жизнь в мгновение ока разлетелась вдребезги. Брат мужа пытается помочь героине, и м
Как можно за одну минуту из уважаемой замужней женщины превратиться в особу, разрушившую чужую семью? Муж Патрисии Бенционни, человек, которому она безоговорочно доверяла, оказался негодяем и подлецом. Ее налаженная жизнь в мгновение ока разлетелась вдребезги. Брат мужа пытается помочь героине, и м
На улицах города эпидемия — леди начали раздеваться… Вся жизнь подчинена циклам. Смена времен года и появление пятен на солнце, миграции леммингов и периоды засух, приливы и отливы, длина женских юбок, количество лосося в реке — все происходит в определенном ритме. Бывают времена, когда несколько ц
В сборник «Город на заре» входят рассказы разных лет, разные тематически, стилистически; если на первый взгляд что-то и объединяет их, так это впечатляющее мастерство! Валерий Дашевский — это старая школа, причем, не американского «черного романа» или латиноамериканской литературы, а, скорее, стилис