No coin nor oath required. For personal study only.
ИНТЕРВЬЮ С САМИМ СОБОЙ
Традиционные вопросы и ответы
— Давно рисуешь?
— С детства. Родился в Москве, на Покровке (теперь это улица Чернышевского). Первый рисунок сделал на заборе. Получил подзатыльник. Лет пятнадцать спустя, уже будучи студентом Полиграфического института, нарисовал свой первый сатирический плакат. Его повесили на том же заборе. Вместо затрещины получил гонорар. А персонаж моего плаката получил повышение по службе.
— Ты по профессии сатирик?
— Сатирик — это не профессия, это участь.
— Над кем смеешься?
— В первую очередь над собой.
— Где смеешься?
— На страницах советских и зарубежных журналов («Крокодил», «Шпильки», «Лудаш Мати», «Ойленшпигель» и т. д.), газет, книг.
— Над чем сейчас работаешь?
— Над собой, а уже потом — над окружающими.
— Творческие планы?
— Гнуть свою линию, пока читатели смеются. Когда перестанут смеяться, буду красить заборы. Карикатуристами не рождаются. Ими становятся. И чаще всего не благодаря чему-то, а несмотря на что-то.
В этом отношении моя творческая судьба во многом схожа с судьбой моих собратьев.
Думаю также, что лучшей исповедью художника являются его работы.
Жанру, которому я служу уже более тридцати лет, не грозит вымирание. Поэтому эту встречу с читателями не считаю последней. И за возможность таких встреч приношу искреннюю благодарность издателям.
В этом сборнике представлена часть моих рисунков, созданная за последние два десятилетия. Почти все они были опубликованы в «Крокодиле», где я сотрудничаю вот уже более 25 лет.
В. Шкарбан
Юмор: прочее
📜 SIMILAR VOLUMES
Неудачный любовный опыт оставляет в душе Лиззи Браун глубокий след: она болезненно ранима, она как огня боится увлечений и... мужчин. Случай сводит ее с Майклом Митчеллом, и эта встреча круто меняет ее размеренную жизнь, целиком посвященную работе. Плоть и разум молодой женщины вступают в непримирим
Знаменитая сказка в переводе Марка Фрейдкина с рисунками Фэйт Жак.